Рустам Мухадиев из города Аргун… Не прошло и двух суток, как нам назвали имя смертника, охотившегося за Рамзаном Кадыровым и взорвавшегося вечером в воскресенье у государственного театрально-концертного зала в Грозном. Может, Рустам, а может, и нет. Сегодня все, что мы знаем о Чечне, — ложь…

Палочная система

Еще в понедельник пресс-служба МВД Чечни официально сообщила о том, что мощность взрывного устройства составляла от полутора до двух килограммов. На месте происшествия обнаружены фрагменты тела террориста, а его личность не установлена. А уже ранним утром вторника из Ростова-на-Дону пришла новость, что это Рустам Мухадиев. Видимо, у правоохранителей загодя имеются все анализы на потенциальных смертников и установить их личность — дело считанных часов. К слову, личности погибших солдат даже при наличии всех анализов в том же Ростове устанавливают неделями.

Но если Рустам Мухадиев, “активный участник незаконных вооруженных формирований, находившийся в федеральном розыске за ряд тяжких преступлений”, так хорошо был известен милиции, то почему подполковники, стоявшие в оцеплении в тот вечер возле театра, не узнали злодея в лицо и сразу не пристрелили, еще до того, как его обыскать. Такой знатный боевик, наверное, висит на всех милицейских досках. Их ведь — боевиков, по словам того же Кадырова, в Чечне не так много. Ну пятьдесят, от силы семьдесят. Липой веет от этого мгновенного опознания. За версту несет желанием быстрее отрапортовать и представить дело так, что все под контролем. Не исключено также, что труп Мухадиева у чеченских милиционеров тоже имеется. Но был ли он тем смертником или убили его раньше в каком-то другом бою — откуда ж нам знать. Мы в последнее время знаем только тех боевиков, которые с помпой и добровольно перешли на сторону власти и теперь изо всех сил ей помогают. А остальных уничтожают на месте. То ли они не сдаются в плен, то ли их в плен никто и не хочет брать.

Явление, известное под названием “палка”, на днях обнаруженное наивной Генпрокуратурой в системе ГИБДД, на самом деле присуще всему российскому обществу. Суть “палки” — очковтирательство. Например, сотрудник ГИБДД должен за смену “срубить” десять палок, то есть составить десять протоколов — семь на водителей и три на пешеходов. Если нарушителей недостает, их надо создать, прячась в засаде. Зато, если все палки срублены, то по отработанному участку дороги можно ездить поперек и задом.

У сотрудника отдела по борьбе с терроризмом “палка” иного рода. Если теракт не удалось предотвратить, если он уже прогремел на весь мир, самое меньшее, что обязан сделать милиционер, — это назвать имя смертника. Вот, мол, все у нас под контролем. Был такой негодяй Рустам Мухадиев в городе Аргуне, входил в банду Усмана Мунцигова по кличке Шатрал. Оба давно объявлены в федеральный розыск, злодеяния их известны, все под контролем.

Да какое под контролем, ребята. У вас чуть президента не грохнули! У вас третий крупный теракт в Грозном с мая месяца!

А есть еще разные аналитики, правозащитники и “специалисты” по Северному Кавказу. У них свои “палки”. Обвинить во всем Кадырова — “палка”. Обвинить во всем американские спецслужбы — “палка”. Обвинить во всем Путина и Медведева — две “палки”.

Власть — озадачена. Народ — в унынии. Северный Кавказ трещит и стреляет, как костер, в который дураковатый солдат бросил ради забавы горсть патронов. А затеять всему этому безобразию аудит — все представят аккуратно подшитые отчеты с “палками” — не подкопаешься.

Кровники, ваххабиты, сепаратисты…

Все, что мы знаем о сегодняшней Чечне, — ложь. Набор пустых штампов. Так называемые специалисты делят чеченское подполье на три категории. Это “кровники” — то есть индивидуалисты, сводящие личные счеты с представителями власти, убившими когда-то их родственников. Это “ваххабиты” — те, которые вроде как по религиозным убеждениям, за исламское государство и шариат. И это “сепаратисты” — недобитки, оставшиеся при своих убеждениях еще с 1994 года.

Критики такое деление не выдерживает. Достаточно посмотреть на лидеров. Ахмед Закаев был отчасти опереточным персонажем, даже когда командовал бандой под названием “Юго-Западный фронт”, а уж теперь, живя в Лондоне, он тем более никто. Вся ценность Закаева в том, что на Западе он номинально считается стороной чеченского конфликта в среде профанов, то бишь аналитиков. Доку Умаров, провозгласивший себя главным моджахедом Северного Кавказа, — на самом деле банальный рэкетир самого низкого уголовного пошиба. Прагматичный бандит, нацепивший на себя мусульманские символы просто для красоты.

Что касается “кровников” — о них мы вообще мало что знаем. Кровная месть — дело интимное, индивидуальное, посторонних в эти разборки не пускают. А свидетельств о том, что какой-то милиционер пал жертвой кровника, припомнить невозможно.

И тем не менее при всей опереточности Закаева, при всей уголовной сути Умарова в республике и за ее пределами постоянно наблюдаются достаточно внятные и жесткие выпады со стороны бандподполья. То колонну милицейскую разгромят. То смертника взорвут прямо в центре столицы, то атакуют президента Ингушетии. Очевидно наличие серьезной вражеской воли и силы. Но откуда исходит эта воля и сила, кто руководит и контролирует все эти нападения и теракты — нам неизвестно. По словам Кадырова, это агония боевиков. Но пока эти негодяи будут агонизировать, погибнет очень много милиционеров и гражданских.

Куда-то пропали из информационного поля такие лидеры бандподполья, как Раппани Халилов и ингушский Магас. Как будто и не было их вовсе. Честность нынешнего “специалиста по Северному Кавказу” заключается в том, что Северный Кавказ, и в первую очередь Чечня, попросту закрыт от любого непредвзятого анализа. А все отчеты об успехах силовиков на Кавказе — суть те же гаишные “палки”. И причина такой плачевной ситуации в том, что нашу власть не интересует Кавказ как таковой. Ей только нужно, чтобы там было относительно тихо. Чтоб был козел отпущения, который бы согласился держать на себе всю ответственность за происходящее. Например, Кадыров-младший. Удержит — хорошо, а не удержит — начнем очередную войну с танками, самолетами и артиллерией.

Бандитская нация

Российская власть относится к кавказцам так же, как относился к ним генерал Ермолов почти 200 лет назад. Народу дикому, не подлежащему перевоспитанию, коварному, понимающему только силу. Но эти 200 лет прошли, и чеченская нация существенно переменилась за эти два столетия, как и нация русская и любая другая. К 1994 году вся Чечня разговаривала по-русски. Тысячи чеченцев имели высшее образование и были абсолютно интегрированы в бывшее советское государство. Но когда в 1999 году пришла пора выбирать человека, который мог бы возглавить нацию, Москва обратилась не к инженерам, не к интеллигентам, не к управленцам высшего звена типа бывшего советского министра Сулумбека Хаджиева, а к религиозному деятелю Ахмаду Кадырову. А когда он погиб, власть автоматически передала бразды правления его сыну Рамзану, разрешив ему творить на своей земле все, что он посчитает нужным. Рамзана фактически поставили выше закона, выше российской цивилизации. И даже присвоение ему звания Героя России больше похоже на подарок золотой цацки темному туземцу. Зачеркнув одним махом всю чеченскую интеллигенцию, Москва сделала ставку на молодого недалекого деревенского парня, подвергнув его соблазну безграничной власти. Неудивительно, что теперь Чечня воспринимается многими россиянами как бандитская беззаконная вотчина, тем более опасная, что власть местного хана, судя по последним событиям, оказалась не абсолютной.

Надо бы возвращать Чечню в российскую цивилизацию, для начала вернув в ту же цивилизацию Рамзана Кадырова. Иначе с Чечней снова придется воевать. И снова до полного уничтожения.

http://www.mk.ru/politics/publications/326100.html